antiraider.org  

Сократилось ли количество рейдерств благодаря новому закону в 2017 году?
Сократилось ли количество рейдерств благодаря новому закону в 2017 году?
У нотариусов есть определенный уровень недопонимания относительно того, за что и как Минюст отключает их от реестров. Мы договорились, что создадим рабочую группу, которая создаст методику с четко определенными критериями отключения реестров и аннулирования свидетельств.

Этой осенью на украинских полях возобновятся конфликты между аграриями и рейдерами
Этой осенью на украинских полях возобновятся конфликты между аграриями и рейдерами
В сентябре-октябре 2017 года на украинских полях может обостриться конфликт между арендаторами земель и рейдерами. Вероятно применение оружия и человеческие жертвы.

Фастівський завод ФАЗОР окупований, це класичне рейдерське захоплення успішного прибуткового підприємства?
Фастівський завод ФАЗОР окупований, це класичне рейдерське захоплення успішного прибуткового підприємства?
Працівники заводу обурені й вважають, що це — класичне рейдерське захоплення успішного прибуткового підприємства. Адже перевірка, ревізія чи навіть обшук не проводять десятки озброєних людей, з наручниками й закритими обличчями.

Избиты люди «Антирейдерского союза»
Избиты люди «Антирейдерского союза»
В Киеве, на ул. Л.Толстого, 41 под офисом строительной кампании «ГЕОС» около 30 бандитов напали на мирный пикет Антирейдерского Союза. Избиты люди. Скорая увезла раненого. Милиция не вмешивается. Я дал команду активистам предпринять меры по самозащите.


Сор из избы: свидетельские показания Игоря Коломойского

16/07/07

Недавно в Лондонском арбитраже известный бизнесмен Игорь Коломойский проиграл разбирательство другому не менее известному бизнесмену Константину Григоришину. Резонанс и огромный интерес вызвали не только сам процесс, но и показания, данные его участниками. Сегодня мы печатаем в сокращении то, что поведал судьям в письменной форме Коломойский (этот материал редакция «СН» отыскала в Интернете).

ПО ДЕЛУ АРБИТРАЖНЫХ РАЗБИРАТЕЛЬСТВ МЕЖДУ

Tillman Equities Corp., истцом и Jersonet Group Inc., ответчиком; и между Hartlepool Finance Corp., истцом и LardonetInc., ответчиком.

СВИДЕТЕЛЬСКИЕ ПОКАЗАНИЯ ИГОРЯ ВАЛЕРЬЕВИЧА КОЛОМОЙСКОГО

Я, Игорь Валерьевич Коломойский, проживающий в г. Герцлия (Израиль), даю следующие показания.

Я являюсь гражданином Украины и Израиля. Я свободно говорю по-русски. Я не владею английским языком. Я даю показания по-русски...

ПОСЛУЖНОЙ СПИСОК

Я родился в Днепропетровске (Украина) в 1963 г. В 1985 г. я окончил Днепропетровский металлургический институт с дипломом по специальности «инженер-металлург». С 1985 г. я участвовал в работе ряда предприятий.

В настоящее время мне прямо и косвенно принадлежит около 46 проц. акций «ПриватБанка» — одного из крупнейших финансовых учреждений Украины.

Суммарные активы «ПриватБанка» на конец 2005 года оценивались приблизительно в четыре миллиарда долларов...

Помимо «ПриватБанка», я участвую в работе ряда других предприятий, в частности, в ферросплавной и металлургической отраслях.

ПРЕДШЕСТВУЮЩИЕ ДЕЛОВЫЕ КОНТАКТЫ С ГОСПОДИНОМ ГРИГОРИШИНЫМ

Впервые я познакомился с г-ном Григоришиным в 1996 году. Нас познакомили через Павла Лазаренко, бывшего премьер-министра Украины...

МАРГАНЕЦКИЙ ГОК

Наша первая крупная сделка была связана с Марганецким ГОКом — предприятием по обогащению марганцевой руды, которое я называю МГОК. Г-н Григоришин и я являлись акционерами этого предприятия.

К началу 1998 г. ему принадлежало немногим более 40 проц., а мне — приблизительно 28 проц. акций предприятия. Примерно в первом квартале 1998 г. у нас состоялась встреча по обсуждению этого предприятия...

Об этой встрече попросил г-н Григоришин, поскольку, по его словам, он стремился заручиться моей поддержкой в управлении МГОК. До конца 1997 г. г-н Григоришин был убежден в лояльности топ-менеджера МГОКа г-на Надточенко и его директора г-на Гаврилова. Эту лояльность порождали главным образом тесные связи г-на Григоришина с Павлом Лазаренко, тогдашним премьер-министром Украины, которые делали г-на Григоришина весьма влиятельным лицом.

...После ухода г-на Лазаренко г-н Григоришин утратил свое влияние и контроль над г-ном Надточенко и г-ном Гавриловым, которые перестали выполнять его распоряжения. Поэтому он потребовал вышеупомянутой встречи, на которой попросил меня поддержать его моим 28-процентным пакетом акций для смены руководства предприятия.

...В ходе той встречи я согласился оказать помощь. Мы договорились, что в результате согласованного голосования нашими акциями директором будет назначен г-н Кравченко — человек, работавший на меня, и что я буду контролировать и осуществлять управление предприятием.

Однако я не предвидел последующие махинации г-на Григоришина с реестром МГОК.

Я встречался с ним в феврале 1999 г. в офисе г-на Григоришина в Киеве. Я сказал г-ну Григоришину, что я чрезвычайно обеспокоен происшедшим, и что мне представляется необходимым предать его действия гласности. Г-на Григоришина это встревожило.

«БАГЛЕЙКОКС» И ДКЗ

В ноябре 1999 г. я позвонил г-ну Григоришину, чтобы поздравить его с днем рождения. Во время этого разговора г-н Григоришин сказал, что он слышал, что я хочу купить акции Днепродзержинского металлургического комбината (ДМК). Г-н Григоришин сказал, что ДМК должен ему 12 миллионов долларов и что он сможет переуступить часть этого долга на меня, что предоставило бы мне возможность влияния на руководство ДМК. Однако г-н Григоришин сделал это предложение лишь в рамках более крупной потенциальной сделки. Он предложил мне купить часть его акций Баглейского коксохимического завода (в дальнейшем — «Баглейкокс») и Днепродзержинского коксохимического завода (ДКЗ), акционерами которых он являлся (наряду с братьями Суркисами); он контролировал оба эти предприятия и управлял ими; оба предприятия находились в тяжелом финансовом положении.

Мы встретились с г-ном Григоришиным для обсуждения его предложения, когда были в Мюнхене около 6—7 декабря 1999 г. перед футбольным матчем «Динамо-Киев» — «Бавария-Мюнхен». На встрече со мной были также г-н Шульман (мой деловой партнер, который поставлял кокс на ДМК) и г-н Мешалов. Г-н Григоришин был с братьями Суркисами, которые, по его словам, были его партнерами по «Баглейкоксу» и ДКЗ.

На этой встрече мы договорились, что г-н Григоришин продаст мне 75 проц. принадлежащих им акций «Баглейкокса» и ДКЗ за 12 миллионов долларов и что в течение 12 месяцев с момента внесения мной оплаты по этой сделке он оформит на меня 75 проц. упомянутых 12 миллионов долларов, которые ему был должен ДМК (т. е. 9 миллионов долларов), в обмен на уплату суммы в 6 миллионов долларов. Соответственно, общая сумма сделки должна была составить 18 миллионов долларов.

Мы также договорились, что за 2000 г. я уплачу г-ну Григоришину 25 проц. операционной прибыли, которую я должен был получить от сделок с «Баглейкоксом» и ДКЗ.

Между 29 декабря 1999 г. и 13 марта 2000 г. я уплатил г-ну Григоришину и г-ну Суркису 18 млн. долларов в соответствии с нашим соглашением. В марте и апреле 2000 г. он перечислил мне 75 проц. своих акций. К концу 2000 г. г-н Григоришин не оформил на меня 75 проц. долга ДМК в размере 12 миллионов долларов, как было обещано. Поэтому он обязался вернуть мне 6 миллионов долларов, но зачтя их в счет тех 25 проц. от 6 миллионов долларов операционной прибыли от «Баглейкокса» и ДКЗ, которые я был должен г-ну Григоришину за 2000 г. Таким образом, г-н Григоришин остался должен мне 4,5 миллиона.

Тогда г-н Григоришин обязался перечислить мне свои остальные акции «Баглейкокса» и ДКЗ. Их стоимость составляла 4 миллиона долларов. Соответственно, его задолженность передо мной составила 500 000 долларов. Однако он не погашал ее в течение 15 месяцев. В конце концов он заплатил после апреля 2002 г., в рамках сделки с ЗЗФ/«Стаханов»/Товкачевским карьером, которую я опишу ниже. Несмотря на то, что г-н Григоришин формально не перечислил оставшиеся 25 проц. своих акций «Баглейкокса» и ДКЗ, это не имело практического значения после того, как он принял решение не подписываться на выпуск акций, речь о котором пойдет ниже.

ЗЗФ, «СТАХАНОВ» И ТОВКАЧЕВСКИЙ

В июне 2002 г. я посетил г-на Григоришина на его даче под Запорожьем для обсуждения предложения, касающегося Запорожского завода ферросплавов (ЗЗФ) и Стахановского завода ферросплавов (далее — «Стаханов»). До этого момента я был связан с этими заводами только через МГОК и компанию под названием «Энеко» (я был членом ее совета директоров), которые поставляли руду на эти заводы.

Г-н Григоришин был акционером двух этих заводов. Суркисы были его партнерами по ЗЗФ. Г-н Григоришин ранее, с 1999-го по 2001 г., предлагал на продажу принадлежащие ему и братьям Суркисам акции ЗЗФ за 90 млн. долларов, а также свою долю в «Стаханове» и Товкачевском карьере за 30 млн. долларов. Я отклонил это предложение, поскольку цена казалась мне слишком высокой.

В декабре 2001 г. отношения г-на Григоришина с его партнерами, братьями Суркисами, испортились. Ниже я опишу это подробнее. Виктор Пинчук, зять тогдашнего президента Украины Леонида Кучмы, был заинтересован в приобретении акций ЗЗФ и сам вел переговоры об их приобретении с г-ном Григоришиным в течение 2001 г., хотя и безуспешно. Следствием ухудшения отношений с братьями Суркисами было то, что г-н Григоришин стал намного больше заинтересован в продаже своих акций этих заводов — по его словам, он хотел завершить сделку, пока Суркисы не отняли у него контроль над ними и пока его акции не обесценились.

К июню 2002 г. г-н Григоришин был весьма близок к осуществлению продажи своих акций ЗЗФ г-ну Пинчуку. Мне было известно, что условия этой сделки были не очень выгодными для г-на Григоришина. Г-н Пинчук добивался отсрочки платежа и пользовался невыгодным положением г-на Григоришина, вызванным его спором с Суркисами. Г-ну Григоришину нужно было как можно скорее принять решение по сделке с г-ном Пинчуком, поскольку Суркисы предпринимали шаги по замене руководства, благосклонного к г-ну Григоришину, на другое руководство, враждебное ему. Это неминуемо должно было произойти на собрании акционеров ЗЗФ.

Исходя из этого, я и посетил г-на Григоришина в июне 2002 г. на его даче. Я отрицаю все утверждения о том, что я был каким-либо образом связан с какими-либо планами неправомерно лишить г-на Григоришина акций этих компаний. На самом деле я отправился туда исходя из справедливых деловых принципов. Я знал, что г-н Григоришин уже довольно давно хотел продать мне акции ЗЗФ и «Стаханова». Мы уже обсуждали это ранее, и я отверг одно предложение. Теперь казалось, что г-н Григоришин склонен к более реальной сделке.

Мы обсуждали предложение в течение двух дней, на его даче и на моей даче под Днепропетровском. Г-н Григоришин вновь предложил мне купить те же самые активы, что он предлагал ранее, но в этот раз по более реальной цене: 60 миллионов долларов. Я пообещал уплатить сразу всю сумму без отсрочки и поэтому попросил скидку за проценты, которые я потеряю, если внесу оплату сразу, а не позднее. Я также попросил скидку в размере 500 тысяч долларов в счет денег, которые г-н Григоришин был мне все еще должен за сделку с «Баглейкоксом» и ДКЗ. Г-н Григоришин сказал, что его это устраивает и что мое предложение лучше предложения г-на Пинчука, который, по его словам, лишь понапрасну отнимал у него время. Поэтому мы сошлись на окончательной цене в 57,2 миллиона долларов. Сделка была совершена в июле 2002 г. Таким образом, я стал партнером братьев Суркисов по ЗЗФ и поддерживаю с ними нормальные деловые отношения.

Я не был связан ни с какими предложениями, которые якобы делал г-н Пинчук. Кстати, в конце 2001 г. у меня самого возник конфликт с г-ном Пинчуком по поводу Никопольского завода ферросплавов. Не был я связан и с предполагаемыми действиями братьев Суркисов по замене руководства. Кроме того, у меня никогда не было деловых контактов с г-ном Медведчуком, который, по словам г-на Григоришина, использовал свое положение в правительстве для помощи Суркисам в борьбе против г-на Григоришина. Мое предложение представляло собой честную сделку.

После сделки с ЗЗФ/«Стахановым» я вновь встретился с г-ном Григоришиным на Кубке Дэвиса в Париже в конце ноября или начале декабря 2002 г. Г-на Григоришина только что освободили из заключения после его ареста по уголовным обвинениям. В ходе наших бесед в отеле «Георг V» г-н Григоришин сказал, что, по его мнению, он продал мне ЗЗФ и «Стаханов» по заниженной цене. Я сказал ему, что не пересматриваю уже состоявшиеся сделки, и в любом случае не согласился с ним.

В начале апреля 2004 г. г-н Григоришин позвонил мне и попросил о встрече. Он сказал, что хочет уладить старые споры. Я сказал г-ну Григоришину, что по поводу наших прежних сделок обсуждать больше нечего и выразил готовность встретиться с ним только в том случае, если у него есть какие- либо новые деловые предложения. Он сказал, что есть. Тогда я предложил встретиться в ресторане Brasserie Lipp в Женеве. Мы беседовали там 20 апреля 2004 г. в течение двух-трех часов.

АПРЕЛЬСКАЯ ВСТРЕЧА В BRASSERIE LIPP

При встрече г-н Григоришин по-прежнему настаивал на обсуждении прежних сделок. В частности, он хотел обсудить покупку мною его акций ЗЗФ в июле 2002 г. Он сказал, что считает, что я купил их по очень дешевой цене. Я сказал ему правду, а именно, что в условиях, когда братья Суркисы угрожали перехватить контроль над руководством заводов и обесценить 42-процентный пакет акций г-на Григоришина, ему оставалось только продать их, однако у него был выбор, кому именно продавать: Виктору Пинчуку или мне. Он решил продать их мне и согласился на цену, за которую я их купил. Я также заметил ему, что в то время и некоторое время спустя эта сделка его устраивала. Г-н Григоришин нехотя согласился с этим и перешел к своему новому деловому предложению, которое касалось некоторых украинских энергетических предприятий, акциями которых он владел. К апрелю 2004 г. деловые интересы г-на Григоришина в Украине были в непрочном положении.

Примерно летом 2002 г. руководство энергокомпаний стало лояльным не к г-ну Григоришину, а к братьям Суркисам, и в результате контроль над энергокомпаниями перешел от г-на Григоришина к братьям Суркисам. Примерно в это же время между г-ном Григоришиным и братьями Суркисами существовал конфликт в отношении акций футбольного клуба «Динамо-Киев». Г-н Григоришин утверждал, что братьям Суркисам в этом конфликте помогал г-н Медведчук, который в 2002 г. стал главой президентской администрации.

На фоне конфликта г-на Григоришина с братьями Суркисами взаимоотношения г-на Григоришина с тогдашней украинской правящей верхушкой ухудшились. Еще одной причиной были личные разногласия между г-ном Григоришиным и г-ном Виктором Пинчуком, зятем бывшего президента Украины г-на Леонида Кучмы. На нашей встрече в Brasserie Lipp в апреле 2004 г. г-н Григоришин сказал мне об этом. Сообщил, что в ноябре 2002 г. он был арестован по обвинению в незаконном хранении огнестрельного оружия и наркотиков. Он считает, что оружие и наркотики ему подложили по распоряжению братьев Суркисов. Г-н Григоришин сказал, что ему удалось сделать так, чтобы обвинения были сняты и дело закрыто, чему содействовал г-н Пинчук, использовавший свои связи в качестве зятя бывшего президента г-на Кучмы. Г-н Григоришин сказал, что г-н Пинчук потребовал 20 миллионов долларов в качестве платы за свою помощь в снятии обвинений. Г-н Григоришин сказал, что он внес эту плату, продав принадлежавшие ему 15 проц. акций «Днепроспецстали» г-ну Пинчуку по заниженной цене — за 30 миллионов долларов вместо реальной цены 50 миллионов долларов. Г-н Григоришин далее сказал, что тогда у них с г-ном Пинчуком возник спор по поводу этой сделки. По словам г-на Григоришина, это привело к ухудшению его отношений с политическими силами, лояльными к г-ну Кучме, тестю г-на Пинчука.

На встрече в Brasserie Lipp г-н Григоришин сказал, что обеспокоен предстоящими выборами в Украине. Он опасается, что если на выборах победит Виктор Янукович, неофициальный преемник г-на Кучмы, принадлежащие г-ну Григоришину акции энергетических компаний, контроль над руководством которых у него уже отобрали братья Суркисы, могут обесцениться. Братья Суркисы находились в хороших отношениях с г-ном Януковичем. С другой стороны, сказал он, у него были хорошие отношения с оппозиционной партией, которую возглавлял Виктор Ющенко. Он сказал, что если бы победила оппозиция, он смог бы при содействии нового правительства отстранить братьев Суркисов от управления энергетическими компаниями и вновь обрести над ними контроль. Чтобы защитить свои позиции на предстоящих выборах, г-н Григоришин предложил мне создать с ним совместное предприятие, в рамках которого я купил бы у него половину всех принадлежавших ему акций нескольких энергетических компаний. Г-н Григоришин знал, что я поддерживал деловые отношения с братьями Суркисами в связи с моим партнерством с ними по Запорожскому заводу ферросплавов.

Г-н Григоришин хотел бы, если на выборах победит партия, стоящая ныне у власти, чтобы я использовал мои деловые связи с братьями Суркисами, чтобы попытаться избежать обесценивания акций, совместно принадлежавших г-ну Григоришину и мне, в результате каких-либо действий правительства. Помимо этого он предложил опцион, по которому он мог бы к 31 декабря 2004 г. (дата, к которой можно было ожидать окончания президентских выборов и формирования нового правительства) предъявить к продаже мне свои остальные 50 проц. акций, а я был бы обязан их приобрести. Для него это был выход из положения. Если, напротив, победит оппозиционная партия, то г-н Григоришин сможет использовать свои хорошие взаимоотношения с новым правительством, чтобы отобрать у братьев Суркисов контроль над энергетическими предприятиями. Я ответил г-ну Григоришину, что это предложение меня привлекает, но что я не желаю быть вовлеченным в какие-либо конфликты между ним и братьями Суркисами. Я сказал ему, что не хочу «покупать билет на войну». Лучше, чтобы основные акционеры этих энергетических компаний — братья Суркисы, украинское правительство и мы с г-ном Григоришиным — сотрудничали друг с другом и поддерживали хорошие деловые отношения. Я сказал г-ну Григоришину, что в случае конфликта все мы в конечном счете проиграем. Он пообещал, что в случае, если оппозиция победит на выборах и сформирует новое правительство, мы бы вместе выкупили акции у братьев Суркисов, либо, если они откажутся их продавать, будет сотрудничать с ними... На мой взгляд, г-н Григоришин игнорировал реальную ситуацию, то есть то, что на предстоявших выборах предсказывали победу г-на Януковича. В этом случае деловые интересы г-на Григоришина, в том числе его акции энергетических компаний, подвергались значительному риску. Я сказал г-ну Григоришину, что он подобен человеку, в чьем доме горит первый этаж, а он занят тем, что пытается спасти занавески на втором.

...В июле — сентябре 2004 г. я несколько раз беседовал с братьями Суркисами о возможной покупке их пакета акций в энергетических компаниях. Цена, которая обсуждалась во время этих бесед, была где-то в районе 180 миллионов долларов. Разговоры эти велись с согласия г-на Григоришина.

...На каждой встрече он уверял меня, что будет сотрудничать со мной и с братьями Суркисами и что не намерен вступать в конфликт с ними.

...МОИ БЕСЕДЫ С БРАТЬЯМИ СУРКИСАМИ

Уведомлением от 16 ноября 2004 г. мои инвестиционные менеджеры по моим указаниям направили г-ну Григоришину официальное сообщение об этих беседах и о том, что я намеревался продолжать работать с Суркисами. В этом уведомлении подтверждалось, что без его согласия никакие соглашения с Суркисами заключаться не будут.

Получив согласие г-на Григоришина, я вновь обратился к братьям Суркисам и продолжил наше с ними обсуждение. Они проявили готовность работать совместно со мной и г-ном Григоришиным в отношении энергетических компаний. И добавили, что заинтересованы в продаже своей доли участия в энергетических компаниях мне и г-ну Григоришину. Они предложили нам свои акции по той же цене, по которой я ранее согласился сделать покупку у г-на Григоришина. Это означало, что доля братьев Суркисов оценивалась примерно в 180 миллионов долларов. Я сказал им, что мне необходимо обсудить это с г-ном Григоришиным, поскольку мы условились, что любая покупка новых акций должна осуществляться через совместное предприятие, за исключением случаев, когда она делается с согласия другой стороны. Я передал это предложение г-ну Григоришину. Он сказал, что должен его обдумать.

Однако вскоре после заключения сделки, при заключении акционерных соглашений от 6 декабря 2004 г., начало становиться все более очевидным, что находящееся у власти правительство не победит на президентских выборах... Вероятна победа г-на Ющенко. Это имело большое значение для г-на Григоришина. Как он говорил мне, находящееся у власти правительство было против него. А г-н Ющенко, напротив, был его союзником. После того как суд решил назначить третий тур, г-н Григоришин начал действовать по-другому. Видимо, все более вероятная победа г-на Ющенко придала ему смелости. Так, позднее г-н Григоришин сказал мне, что подарил первоначальный вклад в 12 миллионов долларов, которые я уплатил ему, Петру Порошенко, одной из ведущих фигур оппозиционной партии.

ИЗМЕНЕНИЕ ПОЗИЦИИ Г-НА ГРИГОРИШИНА

По мере того как становилось все очевиднее, что на выборах победит г-н Ющенко, истинные намерения г-на Григоришина становились мне все яснее в ходе трех встреч, которые состоялись у нас в декабре 2004 г. в Москве, Днепропетровске и Киеве. На этих встречах я затронул вопрос покупки доли участия братьев Суркисов в энергетических компаниях — в ответ на адресованное мне их предложение. На первой встрече г-н Григоришин сказал, что не желает ничего платить братьям Суркисам. Он добавил, что ничем им не обязан теперь, когда у него вот-вот появится политическая поддержка нового правительства. В ответ я сказал г-ну Григоришину, что мы договаривались, что он будет поддерживать с братьями Суркисами отношения сотрудничества и мира. Я указал г-ну Григоришину, что в противном случае мне придется вновь обратиться к братьям Суркисам и прекратить переговоры о покупке, что может серьезно подорвать мой авторитет и повредить моей деловой репутации в Украине.

Г-ну Григоришину это, похоже, было безразлично. Он продолжал убеждать меня сделать так, чтобы братья Суркисы утратили контроль над упомянутыми энергетическими компаниями. Я отказался.

Несмотря на нарушения г-ном Григоришиным нашего соглашения почти сразу после заключения нашей сделки, я, тем не менее, надеялся, что мне удастся убедить г-на Григоришина сойти с деструктивного пути и сотрудничать в соответствии с условиями нашей договоренности. 26 декабря 2004 г. состоялся третий тур выборов, и в начале января победителем был объявлен г-н Ющенко. Когда его союзники прочно закрепились у власти, г-н Григоришин всерьез развернул свою кампанию против братьев Суркисов. Это было как раз то, чего он обещал не делать.

ПОПЫТКИ ЗАХВАТА ЭНЕРГЕТИЧЕСКИХ КОМПАНИЙ

...У меня была возможность прочесть черновики показаний г-на Владимира Плечуна (заместителя генерального директора фирмы-консультанта по энергетике), г-на Михаила Добкина и г-на Владимира Зайца (бывших членов украинского парламента), где подробно описывается вооруженный захват «Полтаваоблэнерго» и «Прикарпатьеоблэнерго». Черновики показаний ясно демонстрируют систематическое отсутствие сотрудничества со стороны г-на Григоришина и нанесенный им фактический ущерб.

Хотя вооруженный захват в конечном счете не удался, меня удивили его масштабы и дерзкий характер. Я полагаю, что г-на Григоришина должен был поддерживать кто-то из высокопоставленных членов нового правительства. Мне лично известно и в соответствии с показаниями, указанными мною выше, г-н Порошенко активно участвовал в этих событиях.

МОИ ВСТРЕЧИ С Г-НОМ ГРИГОРИШИНЫМ В ЯНВАРЕ — ФЕВРАЛЕ 2005 Г.

В январе — феврале 2005 г. у меня состоялось несколько встреч с г-ном Григоришиным. На этих встречах г-н Григоришин не скрывал, что пытается захватить контроль над упомянутыми энергетическими компаниями, чтобы отнять его у братьев Суркисов. Я категорически возражал против этого.

УГРОЗЫ Г-НА ГРИГОРИШИНА

После провала попыток вооруженного захвата энергетических компаний в феврале 2005 г. г-н Григоришин задумал несколько иных путей захвата контроля над совместным предприятием, чтобы тем самым получить возможность отстранить братьев Суркисов от контроля над энергетическими компаниями.

ВСТРЕЧА В BRASSERIE LIPP

10 марта 2005 г. мы с г-ном Григоришиным вновь встретились в ресторане Brasserie Lipp в Женеве. На этой встрече г-н Григоришин сказал, что ему не понравилось интервью, которое я дал 5 марта 2005 г. украинскому телевизионному каналу «Студия 1+1», в котором я публично критиковал попытку г-на Григоришина захватить «Полтаваоблэнерго» и «Прикарпатьеоблэнерго» и сообщил, что владею акциями этих энергетических компаний... Однако на этот раз он прибавил к своим методам убеждения неприкрытую угрозу, сказав, что если я откажусь от его предложения, то уголовное дело, которое возбуждалось против меня в 2003 г., будет открыто вновь. Это дело было изначально возбуждено по указанию г-на Пинчука (зятя бывшего президента Украины Леонида Кучмы, о котором я упоминал ранее) из-за делового спора, который возник у меня с ним, а затем было закрыто ввиду отсутствия оснований. Теперь г-н Григоришин угрожал, что дело будет открыто вновь. Он сказал, что в этом случае меня признают виновным и посадят в тюрьму, а в тюрьме «всякое может случиться». Г-н Григоришин сказал, что сможет устроить это с помощью своего друга г-на Порошенко, который в это время был секретарем Совета национальной безопасности и обороны. Я отказался от предложения г-на Григоришина выдать доверенности. Г-ну Григоришину не удалось запугать меня своими угрозами.

На этой встрече г-н Григоришин также признался мне, что передал первоначальный вклад в размере 12 миллионов долларов (внесенный компанией Tillman) г-ну Порошенко на поддержку избирательной кампании его партии.

ВСТРЕЧА В ГОСТИНИЦЕ «ЭКСЕЛЬСИОР»

Г-н Григоришин вновь повторил свои требования и угрозы. На этот раз он сказал, что продллевает срок, который дал мне, до 30 июня 2005 г. Я вновь отказался подчиниться. Я саркастически сказал г-ну Григоришину, что благодарен за продление срока, поскольку теперь могу почитать книгу и отдохнуть.

ПОВТОРНОЕ ОТКРЫТИЕ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

Ввиду моего отказа подчиниться требованиям г-на Григоришина и уступить его угрозам г-н Григоришин сделал так, чтобы уголовное дело против меня было вновь открыто.

Примерно 23 июня 2005 г. следователь из Киева вынес решение открыть против меня уголовное дело, основанное, в частности, на существовавшем уголовном деле от 2003 г. Сущностью дела было абсурдное обвинение в том, что я якобы угрожал адвокату Сергею Карпенко на встрече, проходившей 4 июля 2003 г. Эта встреча действительно имела место, но я никому на ней не угрожал.

Приблизительно 30 июня 2005 г. тот же следователь из Киева вынес новое решение о возбуждении уголовного дела против меня на основании того, что я якобы «заказал» убийство упомянутого адвоката в качестве мести за то, что адвокат предпринимал неправомерные корпоративные действия по указаниям своего клиента, которые мешали моим деловым интересам.

В июле 2005 г. заместитель генерального прокурора В. Шокин, который работал в службе безопасности г-на Порошенко в течение полутора лет, до своего перехода на свою нынешнюю работу, потребовал от Печерского районного суда г. Киева выдать ордер на мой арест в связи с расследованием уголовного дела о покушении на убийство. Якобы имевшие место обстоятельства, послужившие поводом для уголовного дела, возникли более двух лет назад, в 2003 г. С 2003 года я был постоянно доступен для следствия. В моем аресте просто не было необходимости. Это требование об аресте явно было приведением в исполнение угрозы Григоришина организовать мой арест и физическое уничтожение в тюрьме.

В качестве ответа на безосновательные обвинения данного уголовного дела 7 июля 2005 г. я подал жалобы генеральному прокурору Украины, начальнику Службы безопасности Украины и министру внутренних дел. В этих жалобах я предоставил информацию о требовании Григоришина выдать доверенность на управление акциями энергетических компаний и угрозах организовать открытие уголовного дела против меня, если я не дам Григоришину такую доверенность. 19 июля 2005 г. решение о возбуждении уголовного дела против меня было отменено.

ПОПЫТКА ЗАХВАТА РЕЕСТРОВ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИХ КОМПАНИЙ

Тем временем, с апреля по июль 2005 г., г-н Григоришин пробовал другой способ добраться до братьев Суркисов. Он планировал захватить контроль над регистраторами, которые вели реестры упомянутых энергетических компаний. Это должна была быть схема наподобие той, по которой он обманул меня в отношении Марганецкого ГОК. Что касается этой попытки захвата контроля, я имел возможность прочесть черновик показаний Оксаны Полищук, которой непосредственно касалась эта история. Я согласен с ее заявлениями и с тем, что опять стало очевидно, что г-н Григоришин не стал сотрудничать со мной или с братьями Суркисами в отношении энергетических компаний.

Игорь Коломойский 2 октября 2006 года

Источник:  Столичные новости

Посилання на джерело:  Antiraider.ua

Повернутися до розділу


Інші публікації: